Алексей Андреев

Отважный комдив В.И.Чапаев сел на коня и поехал в штаб дивизии. (из анекдота)

... и к по-своему несчастной бедной узнице вошел. (В.Высоцкий)

Они жили долго и счастливо и умерли в один день. (А.Грин)

Иван-Царевич подъезжал к терему в глубоких раздумьях о всем идиотизме своей выходки. Голова трещала спохмелья, и окружающий мир виделся теперь в несколько сероватом свете.

- И зачем, в такую даль? Какие, на хрен, царевны?! Все эти чертовы горящие речки, болота с беленой... Лучше б самобранку новую купил, да двинул бы к Горынычу - он там какую-то новую Живую Воду достал. Устроили бы сабантуйчик, оттянулись... Русалок бы каких-нибудь отловили...

- Лучше б ковер-самолет купил, тормоз! - заметил усталый Сивка-Бурка, слушая нытье хозяина.

- А ты вообще молчи, конь в пальто! Ты-то хоть мог бы меня уму-разуму научить! Вещая, бля, Каурка! На тебе ведь еду-то!

- Ага, научишь тебя, с твоими бзиками! Прошлый раз с этой недожареной Жар-Птицей чуть не угробились, теперь опять... "Поедем, покатаемся! Новые бабы, новая травка!" А возразить тебе - ни-ни, особенно когда ты принял. Вон Соловушка-Разбойник - сидел себе, никого не трогал, шансончик новый сочинял. А ты ему что? "Затрахал ты меня своим свистом, волчья сыть, ежик резиновый!" И - хряп ему палицей по башке! Поспоришь с тобой, ага...

Василиса сидела у окна с "Дневником Сальвадора Дали" и лузгала семечки, причем старалась накопить за щекой как можно больше уже очищенных семечек, чтобы потом прожевать все сразу. Щека уже изрядно раздулась, что свидетельствовало о состоянии ужасной скуки. И не мудрено: ничего нового не было ни в жизни, ни на автоответчике, ни в Blockbuster'e, ни на World Wide Web. Из Салона пришли новые идиотские каталоги, из BMG - новые идиотские диски. В вонючий gym идти сегодня не хотелось. В довершение всего, козел-механик удолбался травой и окончательно разнес трансмиссию василисиной почти новой "тойоты".

"Свет мой зеркальце, скажи," обратилась Василиса к laptop'у и кликнула на MAIL. Там тоже не оказалось ничего интересного, только пара писем от каких-то одиноких и вялофлиртующих нердов, писавших ей, что она, де, всех милее, и румяней, и белее, судя по ее е-майлам и GIF'ам, подправленным в Adobe PhotoShop.

"Во-во, всех белее-кобелее!" - передразнила Василиса и отпихнула компьютер.

Иван-Царевич въехал во двор терема и остановился. У окошка сидела девица самого занудного вида и без остановки жрала семечки: ни дать ни взять - типичная поповна. Ей, похоже, было даже лень набелиться с утра. Да если бы хоть поповна - чернявая, кучерявая, носик такой... типичный... Скорее уж ксендзовна какая-нибудь. "Ну приехали...", подумал Иван-Царевич. "Знаешь, Сивко, - прошептал он злорадно, - я ставлю серебряную гривну, что ты у этой кикиморы не то что овса, даже и жмыхов позапрошлогодних не выржешь!"

Сивка обиженно фыркнул.

Василиса подняла голову от сальвадоровского "Матадора" и увидела за окном небритого боя в потрепанной одежде. "Похоже, из тех, что ночуют в Salvation Army Shelters и ездят на развалюхах за 600 баков. Сразу видно - ни ума, ни денег, только ветер да секс в голове..."

- Здравствуй, девица-красавица, - сказал Иван-Царевич, чтобы хоть что-то сказать.

- Привет, - сказала Василиса, будучи вежливой девушкой.

- Я Иван-Царевич, - сказал Иван-Царевич, чувствуя, что дальнейшая беседа бессмысленна, как впрочем, и вся эта затея, пришедшая в голову по пьяни. Сивка опять фыркнул и стал чесать копытом левое ухо, втихаря приговаривая: "Ну мудаки... ох, мама моя лошадь, какие мудаки... Царевич-то мудак, так то ж давно ясно, он ведь по жизни - Иванушка-Дурачок. А я-то, ведь рюхливый вроде конь, Вещий... и ведь тоже - такой мудозвон... в такую даль, за тридевять земель... и за каким..."

- А я - Василиса, - сказала Василиса, про себя добавив: "Удивил тоже - Царевич! Да уж и так ясно, что не Петров-Сидоров. Тут у нас за всю жизнь ни одной нормальной русской рожи не увидишь - все какие-то Царевичи-Макаревичи..."

Она снова положила laptop на подоконник и стала раскладывать пасьянс "Мари Стюарт".

Молчание затягивалось. Сивка уже откровенно, хоть и тихо, матерился. Василисин компьютер попискивал, выкидывая новые карты. Наконец Сивка перестал чесать ухо и топнул копытом о землю. Очнувшийся Иван-Царевич проговорил:

- Мне бы того... коня напоить...

- "Exxon" направо за углом, "MacDonalds" там же, - ответила Василиса, не отрывая глаз от экрана. Однако пасьянс неожиданно сошелся, и она снова поглядела на незнакомца. "А он ничего, в принципе... Не Том Круз, конечно, но если б в душ сходил, да побрился бы... Вот сейчас уедет, опять с этими семечками сидеть..."

Иван-Царевич между тем нахлобучивал шапку, шепча Сивке: "А могли бы остаться, в конце концов, раз уж приехали... А то ведь опять теперь херачить черти-сколько по лесам... А она, хоть и не Царевна-Лебедь, но и не Баба-Яга, все-таки. Может, у ней и сена немного найдется..."

Он развернул Сивку обратно к воротам, как бы собираясь уезжать, и небрежным голосом крикнул:

- Ну спасибо, девица-красавица! Путь нам предстоит долгий, да и с Кащеем этим поганым опять биться - я уж было отметелил его в прошлый раз хорошенько, да он, похоже, оклемался и опять оборзел, подлец... Так что низкий поклон и спасибо на добром слове, поедем мы... - No shit, да неужто и впрямь такой мрак?! - Василиса заинтересованно высунулась из окна; блузка натянулась на груди. - Ты зашел бы, что ли, рассказал, что за история. У меня, кстати, полный холодильник "Хайнекена". Да вот еще фильмец классный вчера принесли, там Ажани с Депардье играют...

- Что ж, мы хоть и торопимся на битву, но выпить ковш водицы из добрых рук никогда не откажемся, - рассудительно отвечал Иван-Царевич, спрыгивая с коня.

Сивка громко заржал, но тут же получил рукоятью плети промеж ушей, и сразу заткнулся.

Alexey Andreyev 1996, USA