Транспортному вопросу посвящается

Метро. Жара. Пошевелится невозможно. Теплый ветер развевает мои волосы. Люди приветливо или хотя бы без неприязни смотрят на меня. Вокруг много красивых женщин. Я люблю это состояние. Помню однажды познакомился с девушкой в троллейбусе, когда ехал домой из института. Народу было еще больше чем сегодня. Она стояла позади меня безнадежно стиснутая со всех сторон, прижавшись всем самым желанным ко мне. Ее небольшая, но приятно упругая грудь, щекотала меня под лопатками, ее живот, мягкий и немного влажный, терся о мою спину, я чувствовал ее бедра, шевелящиеся, двигающиеся в такт музыке в наушниках рядом, прижимающиеся еще сильней на поворотах. Я ощущал ее маленькие холмики, вонзившиеся в меня своими замечательными вершинами. Они перемещались, пружиня, и конечно, я проехал свою остановку, и наивно надеялся, что она также забудет свою. Моя фея не пыталась отстранится. Я чувствовал как меня наполняет желание повернуться. Это надо было сделать хотя бы потому, что парень, стоящий впереди меня , может почувствовать что то явно необычное позади себя, с другой стороны, необходимо было что-то делать ведь мне нужно будет и выходить из троллейбуса. Но я не обращал внимание ни на что, я был с Ней и никого вокруг. Я чувствовал ее дыхание у себя на щеке, ее волосы, тепло и рука. Ее рука протиснулась между нами... у меня перехватило дыхание, потом она прижалась ко мне сильней. Она двигалась, немного покачиваясь, уже сама. Я повернулся к ней.

Ей было лет 17, чуть ниже меня, немного вьющиеся каштановые волосы до плеч, белая блузка, больше похожая на мужскую рубашку, джинсы и тубус. Мы молчали и не смотрели друг на друга. Прижавшись мы отдавали друг другу свое тепло и только это одно могло свести меня с ума. Она чуть присаживалась на мою ногу, грудь напряглась, я гладил ее спину и ниже... Влажная бархатная кожа под тоненькими девичьими трусиками, что может быть прекрасней? Мы посмотрели друг на друга, глаза темные, глубокие, и ее горячие вкусные губы... Со мной могло случится непоправимое, но какая то бабка закричала на весь троллейбус, взывая к морали и нравственности, и это спасло мою репутацию. Мы выскочили из троллейбуса и бежали счастливые, она была очаровательна. Мы не говорили о произошедшем нам было хорошо, как будто мы одно целое. Мы держались за руки, целовались, слышали и видели все что нам нравится. Моя маленькая нимфетка я люблю тебя.

Мечтая, я проехал свою остановку и теперь безусловно опоздаю на работу, да и еще какой то работящий, по виду любящий выпить мужик, явно не хочет пропустить меня к выходу. Оглянувшись, я вдруг увидел их. Они стояли, друг к другу прижавшись, он и... тоже он.

Вагон сильно трясет, грязный воздух дует прямо в глаза и приходится щурится, от кого то неприятно пахнет, все пихаются и нервничают. И спасает только одно - ждет меня вечером моя нежная розовая нимфетка с бархатной кожей и темными бездонными глазами...